Ежегодно на казахстанских театральных подмостках проходят премьеры разных спектаклей. Как правило, для того чтобы стать частью театрального репертуара, пьесе приходится пройти испытание временем, в нашем случае оно исчисляется веками. А потому только смелый может отважиться посвятить свою жизнь драматургии, ведь гарантий увидеть свое произведение на сцене при жизни нет никаких. Альтруистов, сытых одной лишь мечтой, у нас в стране немного, а потому в Казахстане до сих пор нет спектаклей на современную тематику. Но если старшее поколение может компенсировать этот пробел наездами российской антрепризы, то подрастающему поколению уже начиная с 8 лет в театре смотреть нечего. Отечественные интерпретации на тему «Красная Шапочка» или «Муха-цокотуха» едва ли отвечают современным реалиям.
То, что в Казахстане неприбыльно и непрестижно посвящать свою жизнь литературе, наверное, уже ни для кого не секрет. Иначе как можно объяснить засилье западной и российской печатной продукции на наших прилавках? Однако отсутствие отечественных кадров ощущается не только в книжных магазинах, но и в театрах нашей страны. Похоже, сегодня существует целая каста никому не нужных профессий,
в которую вошли популярные ранее писатели, поэты, драматурги. Но все же есть у нас в стране еще те, кому эта проблема небезразлична. Корреспондент газеты «Литер» встретился с актрисой театра и кино Алмой Рулас, которая недавно инициировала лабораторию молодых драматургов Казахстана при Фонде первого президента РК.
На самом деле, как признается Алма, сегодня в помощи со стороны государства нуждаются и поэты, и писатели, однако драматургия провисает все-таки гораздо сильнее. Если нашим подросткам еще можно скоротать время за интересным рассказом или стихами своих современников, живущих в дальнем и ближнем зарубежье, то вот в театре подрастающему поколению смотреть точно нечего.
– Одно время мы с братом занимались благотворительностью и возили детей из детских домов в театры, однако реализовывать этот проект можно было недолго. Детям нечего там смотреть, поскольку спектакли их возрастной группы они уже, как правило, видели не раз, а по второму кругу смотреть неинтересно. Я помню, дети часто жаловались на то, что в наших театрах почти не обновляется репертуар и нет ничего на современную тематику, – вспоминает Алма Рулас. – Есть три детские возрастные категории: с 2 до 8 лет, которые могут обойтись кукольными театрами и классическими сказками, потом идет категория с 8 до 12 лет и с 12 до 16 лет – и вот эти две группы у нас в провале. Детям этих возрастных категорий в театре смотреть просто нечего, в результате мы упускаем целое поколение, которое вернется в театр только в возрасте 30–40 лет, когда появится острая нужда в культурном отдыхе.
Озабоченная этой проблемой, Алма полезла за ответами на свои вопросы в Интернет. Однако результат оказался не таким радужным – в России этой проблемы не существует. Сегодня там детский театр, судя по всему, идет в ногу со временем, а потому на смену советскому спектаклю «Пузырьки», в котором герои собирали стеклотару и металлолом, пришли истории о компьютерах и даже неформальной войне рокеров с рэперами.
– Да, у нас есть театр «АртиШок», где работают современные драматурги, но там своя специфическая драматургия, которую, увы, не адаптируешь к другому театру, – говорит Алма Рулас. – Поэтому я стала обращаться за помощью к нескольким нашим известным драматургам, но, увы, всем им уже хорошо за 50, а потому они пишут только серьезные пьесы. Подростковую же тематику должны писать те, кому сегодня чуть больше 30, кому еще понятно, чем дышит и живет подрастающее поколение.
Но, как оказалось, молодых талантов у нас в стране не наблюдается, несмотря на то что в алматинской Академии искусств имени Жургенова ежегодно выпускается 10 молодых драматургов. Однако проследить их дальнейший путь оказалось непосильной задачей, а следовательно, и издание сборника молодых драматургов ставится под вопрос.
– В грант, который я выиграла на создание этой лаборатории, также включено издание сборника работ юных драматургов и проведение семинаров, призванных развить и направить в нужное русло их талант. Но если еще пару месяцев назад мне эти задачи казались легко осуществимыми, то сегодня мне порой приходится за голову хвататься от бессилия, – говорит Алма. – Работать в этом направлении мы начали еще в мае, однако на сегодняшний день на наше предложение откликнулись только четыре драматурга. Да, кому-то это может показаться полным провалом идеи, но на самом деле для Казахстана это очень хорошо, особенно если учесть, что драматургия сегодня не может приносить прибыль. Сегодня все заняты зарабатыванием денег, а драматургия получается как хобби. И такая ситуация, думаю, продлится до тех пор, пока драматурги не будут получать хороших гонораров за свой труд. И тут получается замкнутый круг, ведь для того, чтобы получить хороший гонорар, надо предоставить хорошее произведение, а когда у тебя нет возможности оттачивать свое мастерство день за днем, добиться успеха становится практически невозможно.
Однако попадут ли труды этой четверки в запланированный на ноябрь сборник, пока говорить рано, ведь только в сентябре молодые специалисты предоставят свои работы на суд компетентного жюри, в состав которого войдут как известные драматурги, так и театральные критики.
– Ребята, чьи работы будут отмечены жюри, скорее всего, получат возможность реализовать свои задумки на театральной сцене. Ведь я, прежде чем открывать эту лабораторию, встретилась с руководителями почти всех алматинских театров. И на сегодняшний день свою сцену готовы предложить уйгурский и немецкий театры. Поэтому осенью мы попытаемся прикрепить по одному драматургу к этим театрам и посмотрим, что из этого получится.
Марго ЭРВАНД, 28 июля 2009
